18:01 

Давай как Марти, часть 3

[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
< < <

Стайлз спокойно кладет в рот ложку еды, а Талия пытается спрятать улыбку за едой, пока стол взрывается.

- О Господи, - кричит Лора. – Он знает? И ты заставляла нас играть в счастливую человеческую семейку целый час? – она отбрасывает столовые приборы, отращивает когти и вонзает их в небольшую горку ребрышек на своей тарелке.

- Это не значит, что надо забыть про манеры, - изысканно говорит Талия.

- Правда? – говорит Дерек, цепляясь взглядом за лицо Стайлза. – Ты… знаешь. Про… нас.

- Люди тоже могут быть в стае, - говорит Стайлз, пожимая плечами.

- Я явственно почуяла это еще вчера утром, - говорит Талия.

- Еще бы, - говорит Харис. – Альфа.

- Я знаю, что ты, - говорит Стайлз и смотрит на Дерека, надеясь, что тот поймет. – Я не боюсь тебя.

Широкая улыбка Дерека, - наверное, самое лучшее, что Стайлз видел за последнее время.

- Хотя, - добавляет Стайлз, склоняя голову набок, - то, что Лора сказала про тебя, теперь кажется просто ужасным.

- Что, - краска спадает с лица Дерека. – Что она тебе сказала.

Лора начинает хихикать.

- Что ты любишь кроликов. Очень, - нижняя губа у Стайлза начинает мелодраматично дрожать. – Скажи мне правду, Дерек. Что это значит, если оборотень так сильно любит кроликов?

- Я не ем их, - тут же протестует Дерек. – Правда! Я просто люблю их обнимать, да? У них маленькие носики – они успокаивают.

Стол накрывает тишина.

Дерек ерзает на стуле.

- Она сказала это как метафору к тому, что я оборотень, так? – слабо говорит он.

Стайлз кивает.

- Я… только что признался, что люблю тискать кроликов, да?

Стайлз опять кивает.

Дерек испускает звук мучения и прячет лицо в ладонях.

- Вы ребята просто ужасны.

После ужина Питер сообщает Стайлзу, что это крайне нагло – заявляться на территорию чужой стаи без разрешения, Дерек рявкает на него и Талии приходится их рассадить. Вот и верь, что Питер был лучшим другом Дерека.

Дерек хочет еще позаниматься, но в этот раз Талия, одарив Дерека знающим взглядом, заставляет их сесть в гостиной. Стайлз помогает Дереку и Лоре убрать посуду со стола, а потом раскладывают на нем учебники.

- Ты будешь в сочинении использовать ведьм как аллегорию Охотникам? – спрашивает Стайлз, прочитав часть первого акта. Без аддеролла ему тяжело сконцентрироваться, но с Дереком как-то проще.

- Фу, - красноречиво сообщает Дерек. – Мне Охотники совсем не нравятся. Мне с Питером на той неделе пришлось убегать от них, мы на два дня застряли в подвале. Питер говорит, что в город приехали разные альфы, чтобы поговорить с мамой.

- Приехали, - кричит Питер из гостиной, куда он снова ускользнул, чтобы страдать в углу.

- Я так и сказал, - кричит Дерек в ответ, не пряча раздражение от Стайлза. Стайлз ухмыляется. Приятно знать, что Питер тот еще говнюк в любом времени.

- Ты так сказал, будто не веришь мне, - говорит Питер.

- Ага, и перед Стайлзом. Какое тебе вообще дело до того, что он думает? Ты же мне в кухне сказал, что он жалкий человечишка.

- Какая разница, - говорит Питер. Дерек лыбится, явственно наслаждаясь победой. Стайлз пытается не думать, как ему нравится такой Дерек, - улыбающийся мелочам, не боящийся влезть в чье-то личное пространство.

- Охотники в городе меня сейчас несколько напрягают, - говорит Дерек.

- Ты знаешь, кто они? - спрашивает Стайлз.

Дерек пожимает плечами.

- Я вчера впервые с ними столкнулся. Ардженты.

- Ага, - говорит Стайлз, против воли напрягаясь. – Ага, у Скотта с ними были какие-то трудности. Особенно с Джерардом.

Талия пронзает его взглядом с другой стороны стола. Он сказал слишком много.

Стайлз быстро меняет тему.

- Ты говоришь, что это все аллегория маккартизма, но что Маккарти вообще сделал? – он корчит рожу. – Я отстаю по истории. Учитель дал мне семь книг для дополнительного чтения, – серьезно.

Дерек выглядит немного запутанным, но не спорит и объясняет, пока на часы не показывают девять, и Талия заявляет, что Стайлзу пора домой.

Дерек сразу начинает выпрашивать разрешение на то, чтобы отвезти Стайлза, особенно учитывая наводнивших города альф и охотников, и Талия соглашается, отдает ему ключи и предупреждает, что накажет его, если он не вернется домой немедленно.

Дерек отводит его к пикапу, припаркованному у задних дверей.

- Я думал, у вас Камаро, - говорит Стайлз, устраиваясь на протертом сидении Форд Рейнджера. Дерек кивает и тянется, чтобы застегнуть ремень Стайлза, прежде чем он сам это делает.

- Надо знать, как застегивать, - объясняет Дерек, показывая на замок ремня. У него правда какие-то проблемы с тем, чтобы воткнуть язычок в него, и его дыхание на мгновение согревает кожу на шее, а волосы щекочут нос. – Да, Камаро. – Он возвращается на свое кресло и пристегивается сам, поправляет зеркало и поворачивает ключи зажигания. – Оно вообще-то отцовское, но водит в основном ма. Нам запрещено даже трогать его. Под страхом смерти.

Они обсуждают "Суровое испытание" всю дорогу, хотя Стайлз чувствует себя не очень уверенно, потому что целиком еще не прочитал пьесу. Как будто через мгновение они останавливаются возле его дома, и Дерек наклоняется, чтобы отстегнуть его ремень.

Отстегивается он без проблем, но Дерек все равно сидит слишком близко, прежде чем выскочить из машины, неуклюже вытирая ладони о джинсы, пока Стайлз вылезает. Он отводит Стайлза до двери, что с его стороны очень мило, потому что у него перед глазами пляшут образы Охотников и альф, а он всегда чувствовал себя надежно, когда Дерек был поблизости. Ну. Когда никто из них не был парализован, конечно.

- Мы здорово провели вечер, - говорит Дерек у двери. – У меня полно друзей в школе, но никто из них не… знаешь. Знают. – он показывает на свои зубы, хотя в этот момент они вполне человеческие и ровные.

Стайлз кивает.

- Понимаю. Иногда нужен кто-то с кем можено поделиться всем, чем угодно.

- Именно, - говорит Дерек. – Тебе тоже так стоит сделать как-нибудь. Может даже без уроков, просто. Потусить.

- Завтра, - вырывается у Стайлза. Он не может разобрать выражение лица Дерека, но все равно продолжает. – Знаешь, я с историей не очень дружу, но завтра вечером показывают фильм о Данте, в семь, и… у нас нет завтра вместе уроков. Мы должны пойти. В кино. Вместе. Надо встретиться. В семь. У кинотеатра. Ты хочешь пойти?

Мгновение Дерек просто смотрит на него, наверное потому что Стайлз как последний дурак не может заткнуться, а потом он опускает голову, и смущенно улыбается, когда поднимает ее.

- С удовольствием, Стайлз, - говорит он. Затем он наклоняется к Стайлзу, будто собирается коснуться его щеки или еще что-то в таком духе, но потом передумывает и отступает на шаг. – Может, еще увидимся завтра в обед, окей?

- Окей, - говорит Стайлз. Он даже машет рукой, когда Дерек отъезжает. Он чувствует себя дурно, если подумать. Он открывает входную дверь ключом почти на автомате, закрывает ее за собой и прислоняется лбом к прохладным стеклянным врезкам в верхней ее части. Наверное, он просто переел у Хейлов в гостях.

Он дает себе минутку, а потом идет в кухню. Отец сидит там по уши в бумагах, и он желает ему спокойной ночи, прежде чем уйти в свою комнату.

Он не сразу засыпает. Когда же сон приходит за ним, то он приносит с собой зеленые глаза, слишком близко к его, и руку, теплую на его животе. Если он и просыпается со стояком и именем Дерека на губах, то это просто побочный эффект всей этой ситуации, необходимости вернуть будущее на нужную дорогу.

Отрицание – старый друг, и Стайлз цепляется за него изо всех сил.

##

До обеда Стайлз не видит ни Дерека ни Пейдж, но в столовой Дерек тут же машет ему рукой. Он сидит на улице, и Стайлз рад, что у него хороший вид на стол, за которым занимается Пейджа. Хороший знак. Стайлз скрытно смотрит на Пейдж и вздыхает, когда Питер к ним присоединяется.

Питер утягивает что-то с подноса Дерека.

- Приветствую, мальчики, - говорит он выпендрежным тоном.

Дерек сразу начинает ругаться с Питером, пока Питер делает странные, мутные угрозы, будто что-то знает о ситуации Стайлза.

- Он здесь ненадолго, - говорит Питер, пока Стайлз планирует, как ему устроить встречу Дерека и Пейджа сегодня вечером. Ему нельзя опаздывать, потому что Дерек будет ее избегать. Может, ему надо утроить пожарную тревогу? По местным законам все должны собраться в одном месте, пока у них не возьмут показания. – Возможно, кто-то местным мог бы исправить эту ситуацию, - продолжает Питер.

- Стайлз, - говорит Дерек, - почему у тебя игрушечный солдатик в волосах?

Стайлз слишком занят попыткой рассмотреть, что читает Пейдж, чтобы сдвинуть разговор в этом направлении.

- Играл с собой сегодня утром, - говорит он.

Питер хохотать. Стайлз смотрит на него, затем на Дерека, который выглядит так, будто его только что сбил автобус.

- В смысле с моим кузеном, о Господи, - говорит Стайлз, размахивая руками, вытаскивая солдатика из волос и выбрасывая его в ближайший куст. Ничего удивительного, что отец смеялся над ним, когда он выбежал из дома сегодня утром. И парень-выдра хихикал над ним на истории. – Он такой мини-я, что я забываю иногда, что он не я.

- Остин Пауэрс, - говорит Дерек. – Отличное кино.

- Мне понравился доктор Зло, - говорит Питер.

Стайлз на мгновение отрывает глаза от Пейдж и кисло смотрит на Питера.

- Еще бы.

- И что это должно значить? – спрашивает Питер. – Стоп, за кем мы все наблюдаем?

- За Пейдж, - говорит Дерек тихим раздраженным голосом. – Стайлз думает, что она красивая.

- Так и есть, - настаивает Стайлз. – Ты не согласен, Дерек?

- Высокомерная, бледная, антисоциальная, - говорит Питер, осматривая Пейдж сверху вниз. – Я бы сказал, что она для тебя идеальная пара, Дерек.

- Да вы просто прирожденные комики, - бурчит Дерек. – Серьезно, Стайлз, о чем ты сейчас вообще думаешь?

- О виолончелях? – врет Стайлз.

Дерек смотрит на него, сводя вместе брови. Стайлз мужественно удерживается от очевидного вопроса о бровях в его оборотневой форме. Особенно, учитывая, что Стайлз технически даже не видел превращения Дерека. Ооо. Интересно, что понадобится, чтобы упросить Дерека превратиться для него.

- Ты врешь, - мягко говорит Дерек. – Я узнаю, почему. – Он загадочно улыбается Стайлзу и слезает с лавки. – Увидимся сегодня вечером, - говорит он, засовывает руки в карманы и, посвистывая, направляется к группе парней, с которыми Стайлз видел его в первый день.

Стайлз качает головой и еще дальше съезжает по стулу.

- Думаешь, Дереку нравится эта девушка, Пейдж? – спрашивает его Питер.

Стайлз выпрямляется и одаряет Питера своим лучшим недовольным выражением.

- Ты еще тут?

- Как видишь.

- Да, - говорит Стайлз. – Я думаю, что она для него идеально подходит, и вместе им будет просто волшебно.

- Я тоже так думаю, - говорит Питер, оценивающе поглядывая на Пейдж. – Отлично поговорили, Стайлз.

- Вовсе нет, - говорит ему Стайлз, но Питер уже встает и уходит. – Любой разговор с тобой – плохой разговор!

Питер не отвечает, но Стайлз практически уверен, что он его услышал. Есть некоторые все-таки недостатки у оборотней, и Стайлз знает их все.

##

Еще больше недостатков у людей. Некоторые из них включают в себя родство с семейством Стилински в Бикон-Хиллз.

В частности, в городе живут одни сплетники, а еще все любят отца Стайлза, - так что эти сплетники рассказывают ему все.

Вот почему Стайлза дома ожидают пакет с одеждой и Джон, пытающийся с двадцаткой вручить ему еще кое-что.

- Спасибо за вещи и деньги, правда, спасибо. Но вот это вот? Я еще не дорос, - говорит Стайлз в ужасе при виде презерватива в руках Джона.

- Парень, я знаю, что тебя оставляли на второй год, я видел твои документы. Я знаю, что тебе восемнадцать. Парню Хейлов тоже, я дважды проверил. Я не осуждаю, я просто хочу, чтобы мой племянник на свидании был в безопасности.

- Мои документы, - повторяет Стайлз. И потом, - Дереку восемнадцать? – И потом, - Это не свидание.

- Документы, которые прислал шериф Фаунтейн-Хиллз, чтобы подтвердить твою личность, - медленно говорит Джон. Талия, наверное, думала, что делает ему одолжение, приписывая лишний год. Отлично. – И я бы никогда не подумал, что кто-то, кто сам оставался на второй году, будет смеяться над другим учеником. Особенно над тем, с которым ты идешь в кино.

- Как с другом, - настаивает Стайлз. Это худший день в его жизни. Хотя, знание о том, что Дерек пару раз оставался на второй год, еще может пригодиться ему в будущем.



- А-га, - говорит Джон, навешивая на лицо любимое выражение, с которым он говорит с подозреваемыми. Для Стайлза, - Я просто хочу, чтобы все было безопасно, окей? Держись подальше от леса и не забывай… о другой безопасности.

Стайлз хмурится. Похоже, в каком бы времени он ни оказался, в Бикон-Хиллз надо опасаться диких животных. Но, как и в будущем, он не может успокоить отца, объяснив, что дикие животные – на самом деле оборотни, и он знает, как с ними обращаться.

- Вот за это я на ужин сделаю что-нибудь из овощей – и никаких жалоб, - говорит Стайлз, хватая пакет с одеждой и деньги. Через мгновение он возвращается и забирает презерватив. Может, Дереку и Пейдж он понадобится.

Джон выглядит самодовольным, но это нормально. Стайлз по опыту знает, что это выражение с его лица может стереть здоровая доза брокколи.

Стайлз – сын своего отца, и это значит, что он использует самый хитрый способ, чтобы удостовериться, что Джон съест свои овощи – призывает на помощь себя младшего.

- Я су-шеф, пап, - говорит он снова и снова. Стайлз ставит его следить за варкой овощей, и в течение ужина малыш Стайлз подкладывает и подкладывает их отцу на тарелку и с широко распахнутыми глазами смотрит, пока отец их не съедает и не хвалит его.

Это не самая лучшая месть, которую Стайлз мог придумать, но пока сойдет.

- А ты не опоздаешь на свое свидание, если не выйдешь сейчас? – язвительно спрашивает Джон, пока Щепан пытается переложить свои овощи на его тарелку. Черт, да малыш Стайлз же сейчас хорош, что же из него вырастет?

- Это не свидание, - настаивает Стайлз, но все равно убегает.

Он правда благодарен за одежду. Отец умудрился почти правильно определить его размер, и намного приятнее не подтягивать джинсы каждые пять минут. Хотя он даже жалеет, что отец не знает об оборотнях – тогда бы он смог посмеяться над его выбором красной толстовки.

А потом ему правда приходится бежать, потому что до встречи остается пятнадцать минут.

Дерек ждет его снаружи с уже купленными билетами, непринужденно прислонившись к стене. Он довольно предсказуемо сменил клетчатую рубашку на кожаную куртку, которая на корню уничтожает теорию Стайлза о том, что оборотню необходимо пройти сквозь эмоциональные мучения, прежде чем ему разрешат ее носить.

- Чувак, да ты красавчик, - говорит Стайлз, замечая темные кудряшки Пейдж возле двери, где она болтает с подружками.

- Я попросил билеты на фильм с Данте, - говорит Дерек. – Надеюсь, это оно.

Стайлз смотрит на билет. Наверху напечатано "Наша музыка". Пейдж упоминала это название.

- Ага. Сейчас отдам тебе деньги.

- Не волнуйся, - говорит Дерек. – Хочешь, угощу тебя попкорном? – добавляет он, щурясь.

- О, я точно могу купить еду, - говорит Стайлз, когда видит, что Пейдж уходит. Стайлз отступает, чтобы удостовериться, что она не идет на другой фильм, но она просто провожает подружек до зала. – Давай. Нельзя дать им распродать все твиззлеры.

- Нет уж. Это было бы издевательство.

- Высшего порядка, - настаивает Стайлз.

- Ага. Нельзя упускать шанс агрессивно пожевать что-то, похожее на трубочку, - говорит Дерек.

- У меня вроде как оральная фиксация, - признается Стайлз.

- Я заметил, - говорит Дерек. Его щеки розовеют. Скорее всего, из-за комбинации холодного ветра и отсутствия вечной растительности на лице, которой он в будущем отдаст душу. Теперь понятно, почему – если она так легко краснеет. – Смотри-ка, а ты больше не носишь чехол для дирижабля. – Дерек касается талии Стайлза, будто хочет в этом удостовериться, и его пальцы согревают даже сквозь джинсу.

- Ага, - говорит Стайлз. – Мой… помощник Стилински купил мне все это.

- И он не знает о моей… семейной ситуации, - говорит Дерек, и убирает руку с талии Стайлза, чтобы щелкнуть по красной ткани толстовки Стайлза. – Иначе бы ты так не оделся.

- Можно подумать, ты и вправду страшный серый волк, - усмехается Стайлз. – Да ты же просто щеночек.

- Ты так думаешь?

Стайлз поворачивается, чтобы сказать Дереку, что он думает, - в основном пустое бахвальство, но Дерек опять тихо и пугающе подошел совсем близко, так что когда Стайлз поворачивается, они почти сталкиваются лбами. Стайлз издает испуганный писк и отскакивает.

Дерек смеется. Черт, Стайлз уже привык к этому звуку.

- Кажется, это доказывает обратное.

- Заткнись и смотри, как я покупаю нездоровую пищу, - Стайлз меняет тему, потому что не хочет признавать правоту Дерека.

Стайлз покупает твиззлеры, напитки и попкорн, удивляется ценами по сравнению с нынешними и тихонько хмыкает. Ему любит ходить в кино, но ему редко удается найти компанию. Или друзей. А Дерек? Он думает о Дереке, сравнивает с тем Дереком, которого он знает, добавляет все то новое, что узнал о нем. Да. Наверное, они друзья. Если не в будущем, то сейчас, точно.

Их пускают в зал, и Стайлзу приходиться прищуриться, потому что он всегда нужно какое-то время, чтобы привыкнуть к слабому освещению. Он почти спотыкается, но теплая рука придерживает его за локоть.

- Эй, - говорит Дерек, - давай заберу, а то уронишь.

- Ты просто джентльмен, - говорит Стайлз, автоматически опираясь на сарказм, но он искренне благодарен, поэтому тихо добавляет, - Спасибо.

Глаза у Дерека практически сверкают в полумраке.

- На здоровье. Где хочешь сесть?

Стайлз видит, как Пейдж пытается пробраться в центр зала.

- В серединке, - заявляет он и подталкивает Дерека к нужному ряду. – Двигайся, - говорит он. Мысленно отсчитывает кресла. – Еще немного.

- Окей, - медленно говорит Дерек.

- Еще чуть-чуть.

- Не могу, - говорит Дерек, как будто сквозь сжатые зубы. – Кто-то тут уже сидит.

- Кто? – неискренне спрашивает Стайлз.

-Виолончелистка, - говорит Дерек, таким же тоном, каким мог бы сказать, "крыса".

- Кто? – холодно переспрашивает Стайлз.

- Пейдж, - говорит Дерек, все еще так, будто не может заставить себя расцепить зубы.

- А, отлично, сядем рядом, - радостно говорит Стайлз и садится в ближайшее кресло. Он перегибается через Дерека. – Эй, Пейдж! Вот так встреча.

- Зал практически пустой, - говорит Пейдж резким сухим тоном.

- Ага, и разве не здорово, что мы друг друга знаем? – говорит Стайлз. – Большие пустые залы в кино такие недружелюбные. А так – очень мило и уютно, не думаешь?

- Скорее странно, - говорят Пейдж и Дерек одновременно и с опаской поворачиваются друг к другу.

- Ну вот, вы уже подружились, - триумфально заявляет Стайлз. – Вау. Вау, мне как-то нехорошо. Знаете что. Пойду-ка я в туалет, меня вырвет, наверное. А потом домой. Но вы смотрите кино!

Он встает и убегает, почти уверенный, что шокировал Дерека и Пейдж достаточно, чтобы они не реагировали.

Стайлз выбегает из кинотеатра. На свежем воздухе ему и правда нехорошо. Он пытается не думать о том, чем там могут заниматься Дерек и Пейдж, на соседних креслах в темном кинотеатре, пока на экране разворачивается драма на сексуальном иностранном языке. Стайлз вспоминает, как они переругивались. Да, они точно подружатся.

Точно. Глаза Пейдж, темные от возбуждения, краска на милом лице. Большие ладони Дерека в ее волосах, придерживающие ее во время поцелуя. Весь их антагонизм, переведенный в страстный поцелуй.

Живот у Стайлза действительно переворачивается, и он болезненно мычит.

- Ты как-то нехорошо звучишь, - говорит Дерек, и Стайлз проглатывает рвущийся из горла удрученный стон, когда Дерек выходит из тени.

Стайлз показывает на живот, вместо того, чтобы врать.

- Знаешь, - неуклюже говорит он. – Почему ты не остался? Ты зря заплатил за оба билета.

Дерек, который все еще послушно тащит еду, одаривает его странным взглядом.

- Я пришел с другом. Моему другу плохо. Каким надо быть мудаком, чтобы не убедиться, что он нормально доедет до дома?

Стайлз несколько мгновений не отрывает от него взгляда. Если бы он не знал точно, что Дерек и Пейдж суждены друг другу, он бы подумал, что Дерек делает все это специально.

- Ты был бы огромным мудаком, - говорит Стайлз.

- Ага, - говорит Дерек. – А я не такой. С другой стороны, у меня есть огромный…

- …и ты не договариваешь это предложение. - Стайлз начинает идти. – У меня очень маленькое самомнение, и я его лелею.

- Я тоже лелею, - говорит Дерек.

- О господи, - говорит Стайлз, потому что это просто богичный материал для флирта, но он все равно что в помойку полетел, потому что Пейдж там, в кино, а не здесь.

- Мою огромную репутацию, - объясняет Дерек, одаривая Стайлза хитрым взглядом. – А ты что подумал?

- Что ты огромный козел, - надуто говорит Стайлз.

Дерек смеется.

- Ладно. Тебе еще до дома надо добраться.

Когда они доходят до крыльца дома Стилински, дверь открывается еще до того, как они нажимают на звонок.

- Видел вас на улице, - говорит Джон, стоя в дверях так, что Дерек и Стайлз не могут пройти. – Свидание закончилось рано, э?

- Я же говорил, это не…

- Стайлзу стало нехорошо, - ловко встревает Дерек. – Так что я проводил его.

- Ну, он хотя бы джентльмен, - говорит Джон, кивая Стайлзу. – Думаю, он пойдет. Этот попкорн с маслом или соленый?

- Сказали, что с настоящим маслом, - тут же отвечает Дерек.

- Отлично, - говорит Джон, забирая один из стаканов и исчезая в глубине дома. – Давай, Стайлз. Надо тебя подлечить.

Стайлз кивает и переступает через порог, но останавливается, когда Дерек касается его руки.

- Стой, - говорит он. – Всего минутку. Я хотел отдать тебе его после фильма, - он ставит напитки на ступеньку и достает из кармана плоскую коробочку. – Это CD. Сборник. Рок-группы и современная музыка с виолончелями. Я думал, раз тебе так нравятся виолончели, ты… ну.

- Ох, здорово, - говорит Стайлз, забирая диск. Он неуверенно изучает его с минуту, не зная, как на него реагировать. Друзьям такие подарки не делают. Но может, Дерек… хотел одарить его Пейдж, и в глубине души он уже лелеет маленькую влюбленность в нее, и… может, он хочет, чтобы Стайлз протестировал сборник, прежде чем он отдаст его Пейдж? Точно. Наверняка. – Я его послушаю и скажу тебе, что думаю.

- Я забираю второй стакан в качестве налога, за то, что вы все это время трепались с открытой дверью и выпустили из дома тепло, - говорит Джон, внезапно появляясь в дверях и забирая второй стакан попкорна. – Давайте, прощайтесь по-быстрому.

- Чт.. вам нельзя столько соли! – кричит Стайлз ему вслед, закатывая глаза. – Увидимся завтра в школе, да?

- У нас нет вместе уроков по четвергам, - напоминает Дерек. – В обед? На обычном месте?

- Ага, - говорит Стайлз. – Отлично.

- Держи, - говорит Дерек, поднимая стаканы с газировкой и передавая один Стайлзу. – Тебе надо поддерживать уровень жидкости, если ты себя нехорошо чувствуешь. – Он засовывает пакет твиззлеров в карман Стайлзу, и Стайлз мучительно пытается не реагировать на уверенное прикосновение Дерека так близко к своему паху. Он же подросток. Руки должны держаться выше талии. Дерек, будто бы не замечающий, как Стайлза передернуло, наклоняется ближе. – Надеюсь, ты быстро поправишься, - говорит он, так близко, что Стайлз чувствует теплоту его голоса на своей коже. Стайлз против воли дрожит и кивает. Дерек улыбается и отступает, засовывает руки в карманы и быстрым шагом уходит.

Стайлз смотрит, как он уходит и почти роняет газировку, когда спотыкается о порог. Он прислоняется к косяку, пока его глупое сердце не перестает бешено биться.

Это смешно. С чего ему так расстраиваться оттого, что его планы не работают? С другой стороны, его планы никогда не касались нечаянного превращения будущего в ужасное антиутопическое кино. Он заставляет себя дышать ровно и практически в один глоток выпивает газировку, прежде чем сесть прямо на ковер.

- Поблагодари своего парня за попкорн, - говорит Джон на пути из кухни в гостиную с маленькой миской попкорна в руках. Он делает несколько шагов назад и смотрит на Стайлза сверху вниз. – Ты в порядке, парень? – Когда Стайлз не отвечает сразу, он добавляет, - Хейл тебя обидел? Потому что у меня есть пистолет и разрешение на него.

- Нет, он меня не обижал, - говорит Стайлз. – Мне просто надо полежать на ковре и подумать о моих жизненных принципах.

- Ладно, - невозмутимо говорит Джон. Эта способность ему пригодится, когда Стайлз войдет в переходный возраст. – Тебе придется подвинуться, если кто-то захочет войти в дверь.

- Конечно, - говорит Стайлз и машет ему рукой.

Ему нужен план получше. Может, ему даже нужна помощь.

##

- Нет, - говорит Дитон в трубку.

Стайлз прислоняется к телефонному автомату, крутит провод в руках, смотрит, как школьники огибают его на пути на третий урок. У Стайлза сейчас должна быть география, но если получится, он ее прогуляет.

- Да ладно. Я здесь уже четвертый день. Я могу исчезнуть в любой момент. Я все подряд уже испробовал. Что бы я ни пробовал, он мне препятствует.

- А ты не думал, что "друговраг", который рассказал тебе историю, которую ты пытаешься воссоздать, не рассказал тебе всей правды? – спрашивает Дитон.

Стайлз замолкает.

- Возможно? В смысле, я практически уверен, что он почти все наврал?

- Напомни мне еще раз, зачем мы вообще это обсуждаем?

- Потому что я знаю, что что-то произойдет. И я знаю, что Пейдж как-то с этим связана. Пока альфы здесь, произойдет что-то, отчего глаза у Дерека станут синими. Это основополагающая деталь временного потока.

Дитон молчит.

- Синими, говоришь?

- Вы что-то знаете об этом?

- Обычно это происходит, когда оборотень испытывает сильные негативные эмоции, - говорит Дитон. – Настолько сильные, что это меняет их душу.

- Например, убийство невинного, - говорит Стайлз.

- Или сильная скорбь.

- И я должен устроить это, - горько говорит Стайлз.

В трубке опять тишина.

- Ты должен довести дело до конца, - говорит Дитон.

- Все равно странно. В смысле. Я кое-что помню, - Стайлз качает головой. – В смысле, я помню себя старшего.

- Тогда, возможно, тебе не о чем беспокоиться, - говорит Дитон. – Скорее всего, все, что ты делаешь, уже случилось.

- Так что я могу рассказать всем об ужасных… ужасностях, и ничего не изменится?

Дитон вздыхает.

- И ты готов рискнуть? Это приходится решать тебе, как и всем путешественникам во времени, знакомым со сверхъестественным миром. Ты готов рискнуть знакомой тебе реальностью? Готов поставить на то, что твои действия не пошлют смертоносные волны по всему времени. Я так не думаю, мистер Стилински.

Трубка в руке Стайлза дрожит.

- Мне не нужна ответственность за то, что мир покатился в тартарары, - говорит он. – Но мне также не нужна ответственность за то, что я мог предотвратить нечто ужасное, что должно случиться.

- Всем нам приходится нести тяжкое бремя за то, что мы попали в удивительный мир ликантропии, мистер Стилински, - говорит Дитон. – Наши потери – потери людей-наблюдателей – остаются неописанными, часто незамеченными. Цена, которую мы платим за то, чтобы оставаться в этом мире, зачастую выходит за всякие пределы. Но знание? Приглашение стоять плечо к плечу с существами ночи? Обычно оно стоит своей цены.

В голосе Дитона изумление, которое в Дитоне его времени припорошено изнуренностью, усталостью.

- Обычно, - повторяет Стайлз, и его голос на последнем слоге обрывается.

- Даже время не может дать обещание вечности, - грустно говорит Дитон. – А теперь, извини меня…

- Ага, - говорит Стайлз. – Ага.

Он вешает трубку и тяжело вздыхает. Все это ставка, в конце концов, и Стайлз не хочет ставить ни на красное, ни на черное, но не делать ничего он тоже не может.

Поставить историю любви Дерека и Пейдж обратно на рельсы – единственный риск, на который он готов пойти. Стайлз вздыхает и идет на охоту за кем-нибудь, кто напишет ему пару записок. Его почерк слишком запоминающийся для этой части плана.

После того, как он запускает этот двигатель – одна записка в шкафчике Дерека, другая – у Пейдж, обе с просьбой встретить тайного поклонника в котельной, которую Питер несколько раз упоминал в своем рассказе, - Стайлз пружинящим шагом идет на третий урок. Он даже не сердится во время физкультуры на четвертом уроке, хотя он почти все время обоими руками придерживает свои одолженные треники, пока в него все швыряются мячами.

Он покупает обед в столовой и как раз несет его наружу, когда происходит что-то новое.

- Эй, - окликает его Пейдж со своего обычного места. Стайлз останавливается у ее стола и с надеждой опускает поднос на край. – Не сегодня, - говорит она. – И не в этой жизни. – Стайлз поднимает поднос. За плечом Пейдж Стайлз видит Дерека, злобно наблюдающего за ними. – Я просто хотела убедиться, что с тобой после вчерашнего все хорошо. Это было отличное кино. Я бы расстроилась, если бы пропустила его из-за больного живота. – Она с сомнением смотрит на поднос Стайлза – вода и карри. – С тобой все будто в порядке.

- Прошло за ночь, - отмахивается Стайлз. – Ну, я пойду.

Пейдж кивает.

- Действительно.

Стайлз спешит убраться, потому что звучит это как-то угрожающе, и о виолончелях он знает одно – у них на конце огромный шип.

Он знает, что его план удался, потому что Дерек весь обед в непонятном настроении и со странным выражением смотрит в сторону Пейдж. Питер опять присоединяется к ним, что на самом деле серьезно бесит – весь час превращается в странное полотно, на котором Дерек раскидывается гневными взглядами, Питер отпускает гнусные комментарии о молочной коже Пейдж, а Стайлз, чувствуя себя на редкость глупо, наблюдает за всеми троими. Он пытается не думать о том, чем займутся Дерек и Пейдж, когда окажутся наедине в заброшенном здании.

Скорее всего, будут целоваться, решает Стайлз. Будут ласкать друг друга. Может, Дерек даже толкнет Пейдж стене. У Дерека это отлично получается, Стайлз по себе знает, потому он сильный и одаренный, и знает, как грубо обращаться с парнями. Глаза Стайлза на мгновение теряют фокус. Не то чтобы Стайлз когда-то хотел, чтобы Дерек с ним грубо обращался, но ему вдруг представляется, как хорошо было бы, толкни его Дерек к стенке с позитивными намерениями, и, о боже, хорошо, что Стайлз уже сидит, а стол прикрывает все возможные… осложнения.

Это же нормально – внезапно возбуждаться от сексуальных мыслей о ком-то близком, да? Стайлз надеется, что это нормально. Дерек в этом времени абсурдно мил с ним и не боится контакта. Вполне естественно, что Стайлз иногда, э, взбудораживается. Правильно?

Фу, жизнь Стайлза однозначно сосет.

- Ух ты, - говорит Питер, нюхая воздух и странно оглядывая Стайлза. – Тебе, должно быть, очень нравится это карри.

- О Господи, - стонет Стайлз, пряча лицо в ладонях под смешки Питера. – Оборотни и их суперское обоняние. Поверь мне сейчас, Питер Хейл, если я тебе редко буду говорить это в будущем: ты худший человек на свете. Если тебя вообще можно считать человеком.

- Планируешь остаться тут надолго? – тихо спрашивает Дерек. Это его первые слова Стайлзу за этот день.

Стайлз смотрит на него.

- Ага, - говорит он. – Конечно.

- Я рад, - говорит Дерек и касается руки Стайлза. Стайлз почти подпрыгивает – ладонь Дерека поверх его почти слишком для гимнастики, которую решили устроить мозги Стайлза. Руки Дерека на его талии, толкающие к стене. Агхр. От путешествии во времени у него расплавились мозги. Самоуничтожились. – Мне не нравится идея, что ты тут только временно.

- Дерек в последнее время много думал о будущем, - говорит Питер. Он пытается звучать загадочно, но получается скорее психованно.

- Заткнись, Питер, - говорит Стайлз. Дерек хрюкает от смеха, и Стайлз против воли присоединяется. Даже если он почему-то чувствует ревность. Вот оно. Это чувство. Он ревнует Дерека к Пейдж, и вау, до чего странно. Он просто одинок. Он скучает по Скотту. Он скучает по отцу, который знает, что он его отец. Он скучает по Эллисон, и Лидии, и Айзеку, и сарказму Коры, и рыкам Дерека и даже, немножко, развязному злодейству Питера, потому Питер младший пытается быть мелодраматичным, выпадает в пантомиму – и на это просто стыдно смотреть. Приятно знать, что его драматические представления со временем станут лучше.

- Я рад, что ты тут, - говорит Дерек, и Стайлз беспомощно ему улыбается.

Он тоже немного рад. Будет трудно попрощаться с этим не сломленным еще Дереком, и вернуться в будущее, где они в лучшем случае что-то среднее между друзьями и врагами.

Очень трудно.

##

В пятницу утром на уроке физике Дерек в ужасном настроении.

Стайлз сам не в лучшем состоянии – всю ночь провертелся в кровати, представляя, чем Дерек и Пейдж занимались в котельной. Он устал, у него начинается мигрень, и настроение ни к черту.

Но это в сравнение не идет с тучей над головой Дерека.

- Что случилось? – спрашивает Стайлз, садясь на соседний стул. Черт. Он совсем забыл пересесть, чтобы он мог сесть с Пейдж. Ох, пусть. Для этого была вчерашняя ночь.

Ну или должна была быть. Стайлз так пока ни с кем и не переспал. Но он практически уверен, что если ты с кем-то подружился поближе – даже если бы дело не пошло дальше поцелуев (учитывая, что они не закончатся принесением никого в жертву), ты так сердиться не будешь.

Если только Пейдж не умерла. О Господи. Стайлз начинает накручивать себя на новую паническую атаку, но Дерек останавливает ее – кладет свою ладонь на ладонь Стайлза и крепко держится.

- Успокойся, - говорит Дерек, подвигаясь ближе, так, что Стайлз может сконцентрироваться только на его отвратительно привлекательном юном лице.

- Ага, - говорит Стайлз. – Извини.

Дерек морщит нос, но все равно фыркает.

- Как будто тебе нравятся панические атаки. Тревожный невроз – ужасная вещь, которую никто себе специально не пожелает. Просто слушай мой голос и продолжай дышать. Ладно?

- Ладно, - говорит Стайлз и умудряется взять себя в руки. Он представляет, что может почувствовать биение сердца Дерека через его пальцы, и это помогает. Вскоре он снова дышит, а потом в класс заходит измождено выглядящая Пейдж. Она посылает хмурый взгляд Дереку, а он отвечает ей тем же. – Ладно. Что случилось?

- Ничего, - автоматически отвечает Дерек.

- Слишком быстро начал отрицать, - тут же говорит Стайлз. – Значит, ты врешь. Ты сердишься. Пейдж сердится. Мне кажется, эти два события связаны.

Дерек носом издает не очень приличный звук, который немножко похож на волчье рычание.

- Кто-то решил над нами подшутить вчера, вызвав обоих в котельную. Это был кошмар. Все место провоняло кровью, а она обвиняла меня в том, что я над ней решил поиздеваться. Потом появились альфы, и я еле успел сбежать с ней.

-Оох, - соглашается Стайлз. – Но ты, похоже, был героем вчера.

- Она так не думает, - говорит Дерек. – Она меня стукнула по руке и убежала к машине, визжа гадости в мой адрес так громко, что охотники, которые патрулировали район, меня почти поймали. Мне пришлось бежать до города и прятаться в круглосуточной закусочной. Я совсем не спал. Это не смешно.

- Я не смеюсь, - говорит Стайлз. – Моя улыбка – ироничная улыбка тому факту, что жизнь подкидывает тебе подлянки.

- Заткнись, - говорит Дерек, закатывая глаза, но слабо улыбаясь. Он все еще сердится, а его брови делают эту странную штуку, от которой обычно Стайлз хочет убежать и надолго спрятаться от всех оборотней, но на лице подростка Дерека выглядит очаровательно. – Хорошо, что над ней подшутили с тобой, а не с кем другим, - отмечает Стайлз. – Она могла бы быть уже мертва. Или они оба. Если бы не ты.

- Наверное, - говорит Дерек. – Мне нравится твой взгляд на мир, Стайлз. Он…

- Безнадежно романтичный, знаю, - говорит Стайлз. – Скотт, мой лучший друг, всегда говорит, что я всегда попадаю в ситуации с неразделенной любовью. Я вижу первую же симпатичную девушку и влюбляюсь в нее по уши, потому что не вижу недостатков, - Стайлз уныло хмыкает и качает головой. Так и было с Лидией, но его неспособность видеть ее недостатки давно прошла.

- О, - тихо говорит Дерек. Когда Стайлз смотрит на него, он кажется еще больше закрытым.

- Да, ты сам не свой, - говорит Стайлз. – У тебя есть свободные уроки, когда ты сможешь немножко поспать?

- Не сегодня, - ворчит Дерек. – Я бы поспал после обеда, но у меня дома сущий бедлам. Недостаток большой семьи.

- Может, в школе есть место, где после занятий тихо? – предлагает Стайлз. Он не хочет, чтобы Дрек начал перечислять недостатки огромной семьи.

Ему осталось жить в огромной семье не так долго, как он думает. Живот Стайлза снова завязывается узлом от чувства вины. Ничего никому не говорить – это пытка. Он теперь понимает, почему путешествия во времени идут на пару с расчленением и кастрацией в числе побочных эффектов неправильно произнесенного заклинания.

- Можно, - соглашается Дерек.

Стайлз все еще чувствует себя виноватым, и он хочет сделать что-нибудь, что подбодрит Дерека. Он вдруг вспоминает про музыкальный сборник и вытаскивает его из своей сумки.

- Ох, я хотел тебе сказать – он великолепный. Ты здорово намешал медленные и быстрые песни.

Дерек смотрит на Стайлза, и его лицо загорается.

- Тебе понравилось?

- Да, - говорит Стайлз. – Думаю, Пейдж будет в восторге.

- О, - выражение спадает с лица Дерека.

Стайлз хмурится.

- Что…- начинает он.

- Ага, Пейдж наверняка понравится, - говорит он. – Надеюсь, тебе удастся заставить ее послушать сборник.

Стайлз хмурится еще сильнее.

- Ты хочешь, чтобы я отдал ей его? Конечно. В смысле – я могу.

- Как тебе больше нравится, - говорит Дерек напряженным тоном и отводит взгляд от Стайлза к доске.

Нахмуренные брови Стайлза разгляживаться явно не собираются. Его головная боль пускает боли и расцветает во всю мощь. Он вздыхает. Ну конечно, Дерек превратится в послушного ученика как раз тогда, когда Стайлз хочет поболтать.

Хотя, Стайлз всегда хочет поболтать.

Что еще больше раздражает, хоть Дерек и должен быть на французском со Стайлзом, его там нет. Стайлз умудряется подцепить Пейдж в качестве партнера, и она удивительно терпелива. Стайлз не может отделаться от мысли, что она будет Дереку идеальной парой, идеальным контрастом для его прорывающейся гневливой натуры. А когда в обед Стайлз идет искать Дерека, его нигде нет.

Единственное, что он получает на последнем уроке – это записку от одного из друзей Дерека по команде. Он просит Стайлза встретиться с ним в музыкальной комнате.

Той, где обычно играет Пейдж.

Стайлз сопротивляется желанию исполнить победный танец Снупи, потому что урок еще не закончился. Дерек наконец собирается собрать храбрость в кулачок и признаться Пейдж в том, что он к ней чувствует, и ему нужен Стайлз в качестве поддержки. Наконец-то все идет по плану.

Он приходит в музыкальную комнату вовремя, но в ней никого нет, так что Стайлз садится на один из стульев и начинает лениво играть на пианино. Он два года занимался им до того, как ему диагностировали СДВГ, но он не мог сконцентрироваться достаточно, чтобы исполнить что-то, кроме сомнительного качества моцартовского Менуэта в соль-мажор с двух рук.

Но он все еще помнит его.

- Неплохо играешь, - доносится голос Пейдж от дверей. Стайлз поднимает глаза от пианино и прекращает играть, но улыбается комплименту.

- Спасибо, - говорит он. – Но я далеко не так хорош, как ты.

- Может, на пианино ты меня даже переиграешь, - говорит Пейдж, направляясь к своему чехлу с виолончелью и открывая застежки, чтобы достать инструмент. Она сначала достает смычок и натирает его канифолью. В воздух вокруг нее взвивается белая пыль. – В записке ты сказал, что хочешь поговорить?

Стайлз моргает.

- В записке?

Пейдж замирает.

- Не может быть. Только не говори, что это опять случилось. Два раза подряд в один день? Какая же я дура. – она достает клочок бумаги из кармана. Стайлз подбегает к ней и вырывает его.

- "Привет, Пейдж. Можем поговорить сегодня? Музыкальная комната 4, в 4.30? СС"

- Ты же СС? – спрашивает она.

- Ага, - говорит Стайлз. Почерк знакомый. Стайлз узнает его со слабостью в животе. Такой же почерк на записке, что он получил от Дерека. На той, что послала его сюда и на той, что он нашел под дворниками джипа пару дней назад. – Дерек их написал, - внезапно осознает Стайлз. Он прислоняется к пюпитру, который тут же начинает качаться. Стайлз ловит его и хмурится от того, что тот его едва не уронил. Конечно, пюпитр виноват. – И… Дерек не придет. – Он вздыхает. – Он думает, что ты мне нравишься, потому что я все время о тебе говорю.

- Вот как? – спрашивает Пейдж, доставая виолончель и разворачивая шпиль. Глаза Стайлза цепляются за него. У него тупой конец, но если ударить с силой, можно нанести достаточный ущерб. Если подумать, "шпиль" – достаточно мелодраматичный термин. – Нравлюсь тебе?

- Конечно, - говорит Стайлз. – Ты забавная. Талантливая. Я думаю, вы с Дерек бы отлично смотрелись вместе.

Пейдж сощуривает глаза, но не нападает на него с виолончелью, так что он продолжает. Это его единственный шанс посадить ее на Экспресс Дерека Хейла. Все на борт. Ага. Стайлзу надо поработать над внутренними монологами.

- Он тебе подойдет, - настаивает Стайлз. – Я знаю, что он иногда ведет себя немножко по-мудацки, но когда ты заберешься под этот слой, он хороший парень. У него большое сердце и отличная семья. Он смешной, умный, невероятно дружелюбный – посмотри на меня, я новенький, а он уже приглашал меня домой заниматься, потому что я отставал. И он довел меня до дома, когда мне стало нехорошо в кино.

Пейдж саркастично смеется.

- Знаешь, звучит так, будто тебе нравится Дерек, дружок.

- Что? – переспрашивает Стайлз. – Ну да, в смысле. Конечно, нравится. Я бы не стал зазывать тебя на порченый товар.

- В смысле, звучит так, будто он тебе нравится нравится, Стайлз, - говорит Пейдж, устанавливая виолончель и раскладывая ноты на пюпитре. – И ты ему нравишься. Все это заметили. Обычно он не отлипает от своих друзей по команде. Только и делает, что играет баскетбол, но за тобой он таскался как щенок на привязи.

- Что?

- И Дженна сказала, что слышала, как вы разговаривали о сборнике, который он тебе записал, - говорит Пейдж. – По-твоему, это дружеское поведение? Вовсе нет. Музыкальные сборники – это настоящие чувства.

- Он сделал его для тебя… - начинает Стайлз, но тут же закрывает рот, потому что Дерек такого никогда не говорил. Стайлз просто так решил, потому что сборники записывают тем, в кого ты влюблен, а Дерек и Пейдж…

- Я думала, люди в полнолуние с ума сходя, не в новолуние, - задумчиво говорит Пейдж, - но…

- Стоп. Стоп. – Стайлз выпрямляется и подбегает к ней. – Что ты сказала?

- Что люди с уму сходят в полнолуние, - начинает Пейдж, хмурясь.

- Но в новолуние…

Детали быстро складываются у Стайлза в голове. История Питера оказалась чепухой, еще и вывернутой наизнанку, как оказалось – хотя некоторые события (прожигания взглядами в обед и встреча в котельной) все-таки имели место быть – но некоторые моменты просто не могут быть правдой.

- Пейдж, это прозвучит очень странно, - говорит Стайлз, медленно и спокойно. – Но не могла бы ты поверить племяннику уважаемого местного помощника шерифа? Для меня? Один раз?

- Что такое? – хмурясь, спрашивает Пейдж.

Стайлз смотрит на нее, пытаясь передать важность своих слов.

- Я не могу объяснить, но кое-кто будет в школе сегодня ночью. Кое-кто, кто причинит тебе вред, если ты не уйдешь. Сейчас же. Ты должна собраться, сесть в машину и уехать домой. Пожалуйста.

- Но я…

- Ты хочешь умереть? – Стайлз выглядывает в окно. На дворе ноябрь. Дни слишком короткие. Тьма уже накрывает город. Если Стайлз прав относительно махинаций Питера, альфа Эннис может появиться в любую минуту. Он в отчаянии смотрит на нее. – Пожалуйста. Просто уходи.

Удача на его стороне, или просто Пейдж действительно такая умная, какой кажется, потому что она убирает виолончель в чехол, запирает его в шкафу, берет сумку и уходит из школы.

Стайлз провожает ее к выходу на парковку и смотрит, как она спешит к своей машине. Только тогда он начинает дышать.

Она в безопасности. Он медленно выдыхает и только тогда понимает – ему тоже надо идти к машине. Он почти делает первый шаг, когда чувствует прикосновение к своей руке и разворачивается, чтобы увидеть Дерека.

Дерека, который записал ему диск.

Дерека, которому он, скорее всего, нравится.

Нравится ему.

Справедливости ради, Стайлза нельзя считать целиком виноватым в том, что он пропустил все знаки, потому что Дерек Хейл из будущего причинил немало вреда телу Стайлза, а уж угроз отвесил еще больше.

- Ты ей отказал, - удивленно говорит Дерек. Он подходит ближе к Стайлзу, и у него сердце начинает грохотать в груди. Он нравится этому Дереку, но понравится ли, когда он узнает, что Стайлз мог сказать пять слов и спасти его семью от смертоносного пожара?

Стайлз думает о Кейт Арджент, недовольной тем, что не смогла найти оборотней, настолько охваченной гневом, что она сжигает весь город дотла. Все может обернуться еще хуже. Всегда. Не очень приятно знать, что это единственное неизменное правило, которое может предложить время.

- Мы должны идти, - говорит Стайлз, не отвечая на вопрос, потому что любой его ответ принесет только больше унижения в будущем. Если Дерек спросит, нравится ли он Стайлзу, к примеру, он вообще поверит в ответ? В любой? Сам Стайлз не уверен, что он ответит.

- Просто скажи мне, - говорит Дерек, не отпуская, смотря на Стайлза. – Почему ты не пошел с ней?

- Она не то, что мне нужно, - говорит Стайлз, потому что так сказать правду легко. – Давай. Пошли.

- И мне не она нужна, - говорит Дерек.

Стайлз качает головой.

- Она, - настаивает он. – Ты любишь ее. В смысле. Ты мог бы любить ее. Ты можешь полюбить ее. Тебе стоит.

- Я ее не знаю, - говорит Дерек. – Она мне даже не нравится.

- Она тебе идеально подходит, - жалко говорит Стайлз. – Поверь мне, я знаю. Она умная, и она здесь, и она идеальная, а я – посмотри на меня. Я опять бесполезен, я… мешаю. Я просто мешаю.

- Не говори так о себе. – Глаза у Дерека сверкают желтым, янтарные огоньки в сгущающейся тьме. Он кажется очень злым. К этой его стороне Стайлз больше привык. – Я ненавижу, когда ты так себя критикуешь. Ты удивительный. Ты мне нравишься.

- Я ничего так друг, наверное, - бормочет Стайлз.

- Нет. Пейдж была права, - говорит Дерек, делает глубокий вдох и смотрит Стайлзу прямо в глаза. – Ты мне нравишься. Очень.

Его голос до смешного нежен. Стайлз открывает рот, чтобы возразить, но любые слова пропадают, когда Дерек рвется вперед и целует его. Стайлз вздрагивает от горячего прикосновения рта Дерека к своему, и Дерек пользуется мгновением шока, проникая языком в его рот.

- Ты мне нравишься, Стайлз, - шепчет Дерек, отрываясь от него всего на один вдох и снова целуя. Его ладони надежно ложатся на бедра Стайлза, и они врезаются в дверь, что ведет наружу, и Стайлз запутан и испуган и восхищен одновременно. Дерек целуется так, будто хочет завладеть Стайлзом, изнутри и снаружи, и Стайлз ноет в поцелуй, высоко и жадно.

После, может быть секунда, а может вечности, Дерек умудряется убрать свой рот от рта Стайлза и прислониться к его лбу своим.

- Ты тоже меня любишь, - говорит Дерек бездыханно и триумфально, и сердце у Стайлза грохочет, потому что нет, это невозможно, Дерек и Пейдж должны… а вовсе не Дерек и Стайлз…

- Нет, - выдыхает Стайлз, и это слово капает с его губ кислотой.

Одна из ладоней Дерека ложится на грудь Стайлза, поверх его сердца.

- Это ложь, - говорит он. – Боже, да ты меня с ума сведешь. Ты смешной и искренний, и ты спотыкаешься обо все на свете, мне просто хочется тебя от всего защитить. – рот Дерека движется вниз, и он целует линию челюсти Стайлза. – Я чувствую, что ты меня тоже любишь.

Стайлз издает еще один неописуемый звук. Его сердце бьется в ушах, а голова так кружится, что он только и может, что цепляться за Дерека, скрепив руки у него на шее. Стайлз не тот человек, которому он должен это говорить.

Дерек должен влюбиться.

Дереку должны сегодня ночью буквально вырвать сердце из груди.

- Я буду любить тебя вечно, - шепчет Дерек в кожу Стайлза, и сердце Стайлза почти вырывается из груди.

Потому история Питера была правдивой, он просто видел ее со стороны. Сегодня ночью Дерек потеряет свою первую любовь.

Но это будет не Пейдж.

Это будет Стайлз.

- Ты меня с ума сводишь, - шепчет Дерек, обнимая Стайлза. – Я все время слышал, как ты бормотал что-то о ней.

- Ага, - говорит Стайлз. – Твой оборотневый суперслух. Нам надо. Э. Нам очень надо свалить отсюда, к слову говоря.

- Я бы на твоем месте послушался, - разносится по холлу скрипучий голос.

- Ты кто такой, черт возьми? – спрашивает Дерек, тут же отталкивая Стайлза себе за спину.

Эннис выступает из тени, улыбаясь, уже отрастив когти. Дерек автоматически превращается и рычит.

- Значит, ты тот самый оборотень, - говорит Эннис, кивая Дереку. Он заглядывает за него и смотрит прямо на Стайлза. – Значит ты тот человек, о котором рассказывал юный Питер Хейл. Ну так что, парень? Мне нужен новый член в стаю. Ты человек.

Дерек делает шаг вперед, опуская голову.

- Тебе придется сначала разобраться со мной.

- Это запросто, - говорит Эннис, жестоко улыбаясь. – Но зачем тебе меня останавливать? Если он станет волком, вы сможете быть вместе вечно. Мне всегда хотелось заполучить в стаю Хейла.

- Стайлз, - говорит Дерек. Ты должен кое-что для меня сделать.

- Убежать? – спрашивает Стайлз. – Я могу убежать.

- Ага, - говорит Дерек и низко рычит. Сейчас!

Как бы Стайлзу ни нравилось смотреть на драки оборотней, он так долго прожил не оттого, что дурак – Дерек выживет, Дерек всегда выживает, и он держится за эту мысль, когда начинает бежать.

Сердце у него бешено стучит, а руки дрожат, когда он достает ключи. Он хорошо умеет убегать, и умудряется завести мотор почти сразу. Он как раз выруливает с парковки, когда пассажирская дверь слетает с петель, а темная тень со скоростью альфы бежит за ним.

Стайлз вдавливает педаль газа в пол. Он не просто так месяцами тренировался ездить на запрещенных скоростях и делать резкие повороты. Эннис может и альфа и может бежать со скоростью автомобиля, но зато Стайлз знает Бикон-Хиллз.

У него есть два пункта назначения. Первый – ветеринарная клиника – у Дитона полно невероятно полезных загородок из рябины. Другой – дом Хейлов. Талия Хейл – достаточно грозная, чтобы даже Энниса остановить, решает Стайлз.

Он выжимает газ, а Эннис отрезает путь к ветеринарке, так что Стайлзу остается только план номер два – дом Хейлов.

Это рисковано, но он едет через центр. Вокруг люди, но Эннис так увлекся погоней, что даже не останавливается подумать о других жертвах. Стайлз пользуется своим знанием города, чтобы ненадолго избавиться от Энниса, хотя он знает, что это ненадолго, прежде чем выехать на почти заброшенный дорогу, что приведет его к Хейлам.

Стайлз даже думает, что доедет, когда он видит аварию и узнает одну из фигур, стоящих на тротуаре и спорящих, кто виноват.

Эннис мог проигнорировать людей в пригороде, но он ни за что не пропустит четырех подростков в темном лесу. Стайлз бьет по тормозам и выскакивает из джипа.

- Стайлз, - начинает Пейдж, - что ты…

- Мне плевать, - говорит Стайлз, когда две девчонки и парень, с которыми разговаривает Пейдж, поворачиваются к нему, неуверенно оценивая его. С первого взгляда кажется, что эти идиоты врезались в нее, но это не важно. Эннис вышел на охоту за свежей кровью, а это дурачье стоит в лесу. – Ты должна сесть в мой джип. На свободе убийца. Надо добраться до надежного места. Сейчас же.

- Слишком поздно! – орет парень, показывая ему за спину, и Стайлз разворачивается, ожидая увидеть Энниса. Вместо этого он видит ту единственную вещь, что утверждает его веру в бесконечную иронию судьбы.

- Пума? – вскрикивает он. – Серьезно?

- Ты сказал, твой джин, - говорит Пейдж, медленно прижимаясь к боку Стайлза. – Может, если мы пойдем медленно…

Но медленно не получается, потому что пума не одна, и ее морда грустнеет на глазах, когда две подружки выходят из-за кустов, чтобы присоединиться к ней.

- Бежим! – кричит Стайлз и разворачивается, чтобы убежать, но не успевает. Он чувствует, как огромная туша врезается в его спину, чувствует, как когти взрезают его толстовку и мягкую плоть его спины, и ему больно, больно, и это просто смешно – умереть на обочине, фактически просто так. Кругом кровь – на лице, она заливает глаза, и он кричит, цепляясь за землю. Рядом он слышит, как кричит Пейдж, и ему даже хочется засмеяться, потому что это просто смешно, и он пытается отползти, машет руками, готовится к последнему удару, который вырвет его позвоночник…

…и знакомое ощущения головокружения захватывает его.

Он едва успевает подумать, заклинание?, прежде чем тьма окружает его, и больше он ничего не помнит.

##


(продолжение в комментариях)

@темы: фик, teen wolf

URL
Комментарии
2014-12-11 в 18:05 

[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
* * *

URL
2014-12-11 в 18:06 

[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
* * *

URL
2014-12-21 в 03:35 

oldzynj
улыбаемся и машем (с)
Прекрасный фик!!! :vo::vo::vo:
большое спасибо за то что дали возможность прочесть!
:hlop::hlop::hlop::hlop::hlop::hlop::hlop::hlop:

2014-12-22 в 15:18 

[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
oldzynj, спасибо за добрые слова! очень рада, что фик понравился)))

URL
2015-04-05 в 20:55 

[человек-буханка], проделали отличную работу))
Спасибо огромное за доставленное удовольствие.
И прошу разрешение на публикацию вашей работы в данной группе (vk.com/sterekland).
Музы Вам :3

2017-11-25 в 17:07 

Catyuta
J2 is real! Я просто верю!
Безумно понравилось, спасибо!

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

LAST HEAVEN

главная