[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
итак, настал момент, когда надо делиться добром, которое я с упорством, достойным лучшего применения, ваяла на эту несчастную фандомную битву.

– Это что?
– А не видно?
– Петрович, ты уже нажрался, что ли? – Наташа фыркает и уворачивается от подзатыльника – только чтобы получить пребольный тычок под ребра.
На столе среди разносолов – взгляд Наташи сразу прикипает к приветливо открытой банке бычков в томате – в хрустальной вазочке лежат три сиротливые шоколадные печенюхи с выложенным красным сахаром символом программы «Черная Вдова».
– Матрена из буфета сделала... вот, – помолчав немного, признается-таки Петрович.
– То есть даже Матрена из буфета в курсе совершенно секретной программы Департамента Икс по подготовке спящих агентов? – смеется Наташа, подсаживаясь к столу.
– В курсе совершенно секретной программы даже дворник Азиз, – отмахивается Петрович и торжественно вручает ей вилку, подвигая банку с консервами. О ее тайной и страстной любви к ним знает только он.

Ночью, когда Петрович уже сладко спит, Наташа приходит в его комнату, подтыкает ему одеяло и забирает печенье.




+2 &рецепт &кулстори






В четырнадцать Шэрон вдруг увлекается готовкой.
Пегги знает, что ей тяжело – смерть родителей, переезд в Вашингтон, и одной ее любви не хватит, чтобы поставить на ноги пошатнувшийся мир племянницы. Шэрон справляется сама. Она не находит себе плохую компанию, не начинает пить и курить – она ударяется в выпечку.
Пегги исправно ест ее первые неудачные творения, давится горелым, пересоленным, до оскомины сладким. Царапает десны яичной скорлупой и высиживает часы в туалете. Улыбается и хвалит. Постепенно у Шэрон начинает получаться все лучше, а потом в какой-то день Пегги совершенно искренне говорит, что ничего вкуснее этого тыквенного пирога в жизни не пробовала.
После этого Шэрон просто расцветает, и Пегги не может нарадоваться. Даже не верится, что они вместе меньше года.
На свой день рожденья она предлагает свозить Шэрон в Шаста Лейк. Там у нее маленький домик, доставшийся от родителей мужа. В конце шестидесятых, когда Говард только встретил Марию, они провели там вчетвером немало славных деньков. Шэрон соглашается, только берет с собой ужасающих размеров коробку с принадлежностями для готовки – матерь божья, Пегги дожила до своих лет, а понятия не имеет, для чего это все.
С утра Шэрон торжественно преподносит ей капкейки – маленькие красные пирожные в белой бумажной обертке, с желтоватым масляным кремом и вырезанными из сахарной мастики «крышечками» в форме... в форме щита Стива. Это так удивительно, так хитро и забавно, что Пегги минут десять не может начать есть, все сбивается на несолидное для ее возраста хихиканье.

Ночью, убедившись, что Шэрон крепко спит, Пегги выходит на крыльцо с последним капкейком и бутылкой Шираз.


+5 &рецепт &кулстори


Еще должно было быть третье творение - я клялась и божилась, что сделаю на 3лвл эээээ печенье в форме членов :facepalm: Мне даже нарисовали трафареты :facepalm:
И я до последнего - до последнего! - собиралась сделать это, в ночь перед отъездом в Лондон я даже вспомнила об этом чертовом печенье, вырезала его и воткнула в духовку. Но за сбором чемоданов, естественно, забыла о стоящем в духовке противне, и печенье сгорело :facepalm:

@музыка: Poets of the Fall || Grinder's Blues

@темы: фик, marvel, cooking