22:34 

толстый баклажан, пг-13

[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
Совершенно пропустила тот момент, когда закончился очередной тур на старбакс-соо.
Надо, наверное, деанониться :3



Толстый баклажан, PG-13, Стив/Баки, 2 124 слова (Т6-31)
АО3

Грассировал Стив так, что дохли на излете мухи, а разница между en и y ему казалась чем-то сродни расщеплению атомов еще в 40х. И все же, когда Наташа посоветовала им с Баки залечь на дно в пригороде Тулузы, он согласился не раздумывая. «Баки нужно время, чтобы прийти в себя» сработало как волшебная палочка.
Во время войны они и не видели Францию толком: она запомнилась дождями на Луаре, ветреными лесами Лимузена, горящими виноградниками, и рождественским Парижем, уже освобожденным – сыростью, холодом, духами и голым задом Монти, который по пьяни привел смазливого советского лейтенантика в комнату Стива вместо своей. Баки тогда долго смеялся.
Сейчас Баки не смеялся, всю дорогу от аэропорта смотрел молча в окно машины на проносящиеся мимо маленькие, будто ненастоящие домики. Турнефёй весь походил на раскрашенную открытку: яркая глиняная черепица, высокие кусты гортензии с розовыми кистями цветов, щедро рассыпанными по пронзительной зелени листвы. Дом, который сняла им Наташа, был таким же: кремово-карамельным, небольшим - как пирожное в витрине магазина.
Внутри отчетливо пахло жженым сахаром, яблоками и чем-то не очень приятным.
- Стив… - неуверенно позвал его Баки, замирая на пороге. – Стив, что это?
- Это яблочный тарт, - улыбнулся Стив, приглашающе кивая на проход в маленькую светлую кухню, где на застеленном красной клетчатой скатертью столе красовалась на блюде груда залитых почерневшей карамелью яблок. – Помнишь яблочные пироги бабули Мартинез? Которая все пыталась убедить нас, что она француженка? Я решил испечь пирог в честь нашего вынужденного новоселья.
- Ты уверен, что он должен быть такого цвета?
Стив коротко фыркнул, отодвигая Баки стул.
- Я, конечно, не бог весть какой кулинар, но вполне могу следовать инструкциям. В книге было написано, что карамель должна стать коричневой.
- Ты никогда не готовил раньше.
Стив отвернулся к плите, поставил на огонь – по старинке – чайник.
- Ты тоже, - он улыбнулся, не пытаясь поймать взгляд Баки. – Мы не тратили деньги на еду.
- Только на краски, - неуверенно улыбнулся Баки. Чтобы сесть за стол, ему пришлось придерживать правой рукой протез. Обычный, неудобно крепящийся к плечу сложной системой ремней.
- И на девочек.
Стив налил им по кружке чая, отрезал два куска пирога и торжественно разложил их по тарелкам. Под его неотрывным взглядом Баки крошечной десертной ложечкой отломил кусочек и положил его в рот.
- Стив.
- Да?
- Не пеки больше.

*

Утро встретило Баки запахом кошачьей мочи и, откровенно говоря, ее же вкусом. Обычно – лет семьдесят назад, он бы не задумываясь решил, что накануне крепко надрался, и в первую очередь бросился бы проверять, как там малыш Стиви. Не скончался ли от алкогольного отравления – если пили вместе, и не лежит ли хладным трупом где-нибудь в ближайшей сточной канаве, если Баки хватило пьяного ума оставить его наедине с полным несправедливостей и обид миром.
Минуя ванную, Баки сбежал по лестнице и из маленького холла - прямиком на кухню, ожидая увидеть как минимум вторую Иводзиму. Но там, несмотря на отвратительную вонь, которая никак не хотела улетучиваться в распахнутое окно, ничто не указывало на битву с завтраком. Даже раковина была вытерта насухо. На столе стояло блюдо со свежими круассанами, банка с медом и масленка, соблазнительно лежал багет. Рядом красовался Стив с кувшином кофе – как заправская женушка с картинок, которые раньше печатали для желающих провести вечер наедине с собой парней.
- Чем это пахнет? – все-таки спросил Баки, осторожно подходя к столу.
- Не обращай внимания, небольшой неудавшийся эксперимент, - улыбка Стива по силе сияния могла посоперничать с солнцем. За стеклянной дверью, ведущей из кухни на задний двор, виднелся уже начавший подтекать мусорный пакет. Баки решил не уточнять. – Завтрак?
Баки взял у Стива кувшин с кофе и разлил в заботливо расставленные чашки.
- В Вене есть... было одно французское кафе. Его хозяин был советским агентом. – Стив с кивком принял чашку из рук Баки и уселся на низкий подоконник. – Он приютил меня, когда одно... задание пошло кувырком.
- Что с ним стало?
- Не знаю. Если он еще жив, ему должно быть под семьдесят, - Баки взял круассан и прислонился к столу. – Готовил он отвратно. Сложно представить, чтобы что-то не подгоревшее и не пересоленное было настолько мерзким на вкус.
- Да вы только посмотрите, - засмеялся Стив, - простого бруклинского парня Советы превратили в завзятого сибарита!
Баки фыркнул.
- Сибарита!
- Того еще, - кивнул Стив, едва удерживая серьезное выражение на лице. Уголки губ у него чуть подрагивали.
Утреннее солнце золотило волосы Стива, смех вырывался пузырьками, и у Баки закружилась голова от невозможности происходящего. Ему показалось на одно липкое, вязкое мгновение, что он снова в кресле, и реальность – настоящая, где нет французской выпечки, легкого утреннего ветерка, нет Стива, есть только подернутая инеем темнота под пальцами, - перемешивается с фантазиями, а потом меркнет, отходит на задний план.
Баки пришел в себя уже на полу, с зажатой между колен головой.
Стив до боли и хруста сжимал пальцы его правой руки и шептал бесконечную литанию «бакибакибаки».
- Похоже, Романова была права, - хрипло выдавил Баки. – Мне действительно нужно прийти в себя.
- Мы просто отдохнем здесь пару недель, пока все не уляжется, а Тони не сделает тебе новую руку. Бак. Все хорошо. Хорошо ведь?
- Хорошо.
- Правда?
«Нет», - хотел сказать Баки, но только закрыл глаза и откинул голову, гулко ударяясь затылком о дверцу шкафчика.
Стив привалился к нему, тяжело дыша и не выпуская ладонь Баки из своей.

Баки не знал, сколько они просидели так – пять минут или несколько часов. Но через какое-то время они встали, и Баки отправился в душ. Когда он вышел, зачесывая назад влажные, снова начавшие отрастать волосы, Стив уже заводил красный мини-купер, на котором привез его накануне из аэропорта.
Фермерский рынок в Тулузе – залитый светом, полный запахов и звуков – почему-то успокоил лучше любых слов.
Почувствовав смутно знакомый, до сих пор стоявший в горле запах, Баки уверенным шагом направился прямо в гущу прилавков.
- Что ты делал с козьим сыром, что он начал вонять настолько сильнее обычного? – спросил он, наконец, внимательно изучая витрину.
- Понятия не имею, о чем ты, - Стив отвернулся к соседнему лотку, сосредоточенно разглядывая вино с местных виноградников.
- Знаешь, двадцать первый век хорош разнообразием не только еды, но и ресторанов, в которых ее готовят.
Баки готов был поклясться, что шея Стива порозовела.
- Возьмем на вечер бутылочку красного?

Баки не узнал Францию толком во время войны, не познакомился с ней и после. Но Тулуза неуловимо походила на любой другой город Западной Европы – ратуша поднималась к небу шпилями, дорога ложилась под ноги мостовой, по ступеням готического собора сбегала в пене кружев смеющаяся невеста.
- Хочу купить Наташе подарок, - сказал вдруг Стив, взбивая оставшийся на ступенях собора шлейф конфетти. – Сувенир.
Баки хотелось возразить: даже будь у нее привычка клеить на холодильник магниты, и морозильной камеры на мясокомбинате не хватило бы, чтобы уместить их все. Да и хотела ли она напоминаний о том, по каким мостовым ее рукой была расплескана кровь?
- Купи ей засахаренных фиалок, - сказал Баки вместо этого. – Она любит... этот цвет.
Вечером, когда небо потемнело, и зажглись огни на карусели в центре оставшейся безымянной площади, они вернулись к машине.
- Думаешь, нам стоит сбросить хвост сейчас? – спросил Стив, аккуратно выезжая на шоссе и перестраиваясь в левый ряд.
- Зачем? – пожал плечами Баки. – Только дадим знать, что заметили их.
Стив кинул на него быстрый взгляд, чуть поднимая уголки губ.

*

С утра Баки ждала очередная попытка Стива встать у плиты – и в этот раз он не успел избавиться от улик. На столе стоял подгоревший, но почему-то с сырой начинкой (Баки попробовал) пирог, а сам Стив старательно отмывал со дна духовки что-то вроде превратившегося в угольки омлета.
- Знаешь, за последние семьдесят лет я был в сознании, в общей сложности, лет шесть или семь, и большую часть этого времени питался армейскими пайками. И все-таки мне кажется, что этот пирог должен выглядеть как-то не так.
- Каждый день с тобой несет мне все больше открытий. Мало того, что ты за годы разлуки пристрастился к хорошей еде, ты еще и стал кулинарным экспертом! - угрюмо проворчал Стив, не отвлекаясь от духовки. - Подумать только, мне почему-то вспоминалось, что ты и яичницу не мог поджарить, не испортив сковородки.
Баки привалился к дверному косяку, неуклюже цепляясь правой рукой за плечо.
- А мне почему-то вспоминается, как твоя мать навечно изгнала тебя из кухни, запретив даже приближаться к плите.
Стив бросил тряпку со смешком и развернулся к нему, разводя руками.
- Это было восемьдесят лет назад, срок давности любого запрета давно прошел.
Все еще благоухающий горелым тестом плод трудов Стива молчаливо, но настолько укоризненно взирал на их диалог со стола, что после очень скорых сборов, бросив кухню в состоянии полной разрухи, они пошли завтракать в ближайшее кафе.
Вчерашнему завтраку - багет с джемом, круассаны, кофе – Стив изменил с французским тостом (и Баки едва удержался от смешка, когда услышал его неуверенное «Croque auvergnat, s'il vous plait»), но по тому, как он проводил тоскливым взглядом выставленный в витрине соседнего магазинчика пирог – киш лорен, - нетрудно было догадаться, что должно было встретить Баки на кухне.
- Что потом? – спросил Баки, перекатывая ложечку по блюдцу. – Чем закончится – это все?
- Тем, что через пару дней позвонит Тони Старк, скажет, что нечаянно открыл портал в ад, и попросит привезти ему льда – причем, непременно альпийского.
Баки усмехнулся – такое он мог представить легко. Старк, еще до завтра или во время кофе-брейка на заседании совета директоров, нечаянно уничтожающий вселенную? Да. Яблочко от яблоньки.
- А потом?
- А потом мы будем биться против легионов демонов плечо к плечу.

Дома – и никто из них не удивился, они только обменялись понимающими взглядами, «Ты посмотри, какие неудачники», они сразу же заметили следы чужого присутствия. Стив обошел все комнаты, а Баки цепко проверил все обычные, и необычные места, где обычно ставили жучки.
- Чисто, - растерянно ответил он на вопросительно поднятые брови Стива.

Заднее крыльцо выходило в небольшой садик с крошечным бассейном, больше похожим на ванну джакузи, да и то – в Башне Старка, тут же сообщил Стив, джакузи были больше. Сам он устроился на шезлонге, в тени от дома, с улыбкой наблюдая за тем, как плещется в бассейне и загорает Баки, и только иногда вспоминая о лежащей на коленях книге.
Из очередной полудремы Баки очнулся, чувствуя, как горит спина.
- Почему ты меня не разбудил? – недовольно спросил он Стива, поднимая голову. Тот, не обращая на него никакого внимания, продолжил рисовать что-то на форзаце своей книги – хорошо хоть карандашом, а не черненой в золе костра веточкой. Хотя, улыбнулся самому себе Баки, что за чушь, такого он припомнить о Стиве не мог. Даже во время войны он умудрялся где-нибудь достать химический карандаш, а до нее мог голодать неделями, чтобы пополнить свой художественный арсенал. – Я обгорел, между прочим.
- Полежи еще немного, я почти все.
- Мучитель.
Солнце катилось к горизонту, когда он проснулся снова, и на крыльце, кроме закрытой уже книги появилось блюдо с виноградом, тарелка с сыром и очередная бутылка вина.
Они поужинали там же, на крыльце, под пламенеющими оранжевым облаками. Баки подсел на шезлонг Стива, молча, неуклюже привалился к нему и положил голову ему на колени.

*

Баки бы мог посмеяться, но на следующее утро он проснулся от запаха дыма.
- Господи, Стив, опять? – простонал он, кубарем скатываясь по лестнице и влетая в кухню. Стив стоял с полотенцем наперевес, вперившись полным ужаса взглядом в духовку, из которой валили клубы густого белого дыма. – Надо что-то делать, пока соседи не вызвали пожарных.
Совместными усилиями они вытащили из духовки и выбросили обуглившиеся – кажется, это должны были быть пончики, но Баки просто побоялся спрашивать. В багеттерии вниз по улице продавали просто великолепные, божественные пончики.
- Хорошо хоть обошлось без настоящего пожара, - недовольно признал Стив, с тоской глядя на очередной мусорный мешок возле двери.
- Хорошо, что в этой стране можно найти еду на каждом углу, а то твоими усилиями наш холодильник всегда будет оставаться пустым.
- Еще одна причина принять предложение Тони и переехать к нему, - со вздохом признал Стив, обреченно поворачиваясь к кофеварке.
- И его бассейн.
- И бассейн.
Они не чокаясь выпили кофе за упокой завтрака и уже собирались идти завтракать в кафе, когда с улицы донесся рев мотора большой машины – грузовика? – а потом в дверь настойчиво, тревожно постучали.
- Извините? – спросил Стив по-английски, увидев на пороге несколько человек в костюмах пожарных. В легких домашних шортах, встрепанный и испачканный, на их фоне он выглядел весьма комично.
В ответ раздалась невнятная тирада, заставившая Стива нахмуриться – Баки не слушал. Он смотрел на человека в костюме, маячившего за порогом. Пожарные подвинули все так же рассеянно стоявшего Стива и уверенно прошли в дом, тут же сбросив притворство и перекрыв все выходы.
Затем в дверь вошел последний, тот, что не спешил показываться на глаза – щегольски, с наглой улыбкой. Стив нахмурился, явно узнавая его.
- Ah, Monsieur Captaine! Ça fait longtemps! – он отсалютовал Стиву и повернулся к Баки, вежливо улыбаясь. - Et vous, Monsieur Soldat d'Hiver – enchanté de faire votre connaissance. Je suis Batroc.
- Знаешь, - начал Баки, разминая шею, - мне очень нравится такой образ жизни, но...
- Все хорошее должно быстро кончаться.
В этот момент Баки решил для себя – что бы ни готовило будущее, он готов с ним встретиться. А то, что Стив патологически не умеет готовить, они как-нибудь переживут.


@темы: marvel, фик

URL
Комментарии
2014-10-31 в 17:33 

МКБ-10
Это мой праздник. Вы все мои гости. Только я решаю, кому делать лоботомию, а кому нет.
большое спасибо вам за текст. он - как американские горки, прыгает от комическому к трагическому, и обратно, и от этого просто сносит крышу... читается на одном дыхании, то страшно за них, то дико смешно, и Батрок, конечно же, хоть и алжирец, но французский антураж ему очень к лицу
просто нет слов. безумно благодарна за то, как и о чем вы пишете
спасибо еще раз

2014-11-01 в 17:00 

[человек-буханка]
never dream'st on aught but butcheries
МКБ-10, спасибо вам огромное за потрясающий отзыв! Вы представить себе не можете, как мне приятно было прочитать его - и вдвойне приятно от вас! :) спасибо!

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

LAST HEAVEN

главная